Дорого-просторно. Все плюсы и минусы лифтбека Skoda Superb: подробный тест

Hot or not? Тест провального хот-рода Plymouth Prowler, изменившего мир
Тесты

Михаил Конончук

Представьте, что вы пришли на симфониче­ский концерт. Солидная публика прокаш­лялась и выключила телефоны, дама с большой причёской объявила что-нибудь из Шуберта, оркестр заиграл — как вдруг на своё место в дальнем ряду решил пробраться чуть опоздавший валторнист. Тихо и аккуратно, да вот беда: в обычной жизни он панк, и полуметровый разно­цветный ирокез виден даже из третьего амфи­театра. Вот как-то так и выглядит в потоке Plymouth Prowler.

Что говорите, не бывает панков-валторнистов? А тре­угольные расплющенные машины с выстав­ленными наружу передними колёсами бывают? То-то же. Причём это не штучный проект безумного энтузиаста, а серийный автомобиль, выпущенный гигантской корпорацией. Хотя без одного очень талант­ливого и увлечённого энтузиаста никакого Праулера мы бы никогда не увидели. Его звали Том Гейл.

Вы можете не знать это имя, но совер­шенно точно знакомы с его детищами. Всю свою карьеру, от первых дней до пенсии, Гейл провёл в концерне Chrysler. Пришёл он туда в конце шести­десятых и с ходу успел приложить руку к крутейшему Plymouth Barracuda, но дальше начались тёмные времена: кризис, даунсайзинг и семейство безликих коробок на так называемой «платформе К», с помощью которых Ли Якокка вытягивал компанию с финансового дна. И вытяги­вал успешно.

А молодому дизайнеру оставалось только набираться опыта и верить, что когда-нибудь это уныние закончится и наступит эпоха настоящего творчества. Так и случилось: в конце восьми­десятых к Якокке присоеди­нился ещё один титан автомо­бильного бизнеса — Боб Лутц — и взял курс на превращение Крайслеров во что-то особенное. Не без помощи Гейла, который к тому моменту дорос до вице-президента и главного стилиста марки.

1/3

Тут-то вся накопленная энергия и вырвалась наружу — в виде сгустка бруталь­ности, безрас­судства и звериной мощи по имени Dodge Viper. Смелый концепт всего за три года превратился в серийную модель, которая лишь недавно сошла со сцены под давлением требо­ваний к безопасности. Впрочем, легенду о «Гадюке» мы как-нибудь расскажем отдельно, а сейчас надо понимать главное: её оглуши­тельный успех обеспечил Тому Гейлу карт-бланш.

Следующим шагом стал Plymouth Prowler — автомобиль, подобного которому мир не видел ни до, ни после

Даже будучи концептом, он не уклады­вался ни в какие рамки. Публика не ожидала, что кому-то в голову придёт идея взять класси­ческий хот-род и пере­осмыслить его в современном стиле: понятия «неоретро» в автопроме тогда попросту не суще­ствовало! А уж когда это насекомое в 1997-м добралось до прилавков в фактически неизменном виде...

Скажу так. У меня было 23 года на то, чтобы уложить в своём сознании факт сущест­вования Праулера. Я ни разу не видел его живьём, но, по идее, должен был неплохо подготовиться, тестируя десятки других редких и удивительных авто­мобилей. И всё равно: первый раз взглянув в хищные глаза, сидящие по бокам от длиннющего клюва, просто цепенеешь и не знаешь, как к этому Плимуту подступиться. Кто ты? Почему ты существуешь?

Вопрос это, кстати, намного более глубокий, чем кажется. Да, Prowler — это апогей четырёх­колёсного эпатажа и непре­взойдённый по смелости маркетинговый экспери­мент. Считайте, прямая попытка взять клиентов и конкурентов «на слабо». Но вдобавок это ещё и одна из самых масштабных и прогрес­сивных инженерных работ своего времени, ведь наш Plymouth… целиком алюминиевый!

Чтобы задать контекст, надо сказать, что к тому моменту мир знал только два серийных автомобиля с кузовами из крылатого металла — это гипер­технологичная Honda NSX и не менее революци­онная Audi A8. Но если в основе тех машин лежал несущий монокок, то Prowler вдобавок ко всему был ещё и рамным! Да-да, к алюми­ниевой раме крепились алюмини­евый кузов и алюмини­евые подвески — всё это было задумано американцами для того, чтобы освоить новые технологии и позднее найти им применение в более массовых моделях.

А вы знали об этом?

1/12
Здесь мы заканчиваем с постановочными антуражными фотографиями — чтобы понять, к чему они, смотрите видео — и погружаемся в детали конструкции

Итак, дизайнеры и инженеры Plymouth сделали нечто экстра­ординарное… И на этом остановились! Неизвестно, кончился ли бюджет, или остальные аспекты просто показались творцам несуще­ственными, но всё волшебство Праулера заканчи­вается на уровне концепции и самого факта её воплощения в жизнь. Стоит познакомиться с родстером живьём — и понимаешь, что лучше бы ему было оставаться на плакатах и в мечтах.

Например, салон — это просто сборная солянка из всего, что делал концерн Chrysler в те годы. Очень круто и стильно выглядит приборный щиток, смещённый в центр и выкрашенный в цвет кузова, но окружает его коктейль из дешёвого разно­фактурного пластика, причём все элементы подо­гнаны друг к другу словно спьяну.

1/7
Закройте рукой приборный щиток — и увидите интерьер примерно любой американской машины девяностых годов

Фотографии этого не передают, а в жизни волосы встают дыбом при виде следов от канцеляр­ского ножа на виниле вокруг дверных ручек. Впрочем, по сравнению с дубово-кирзовым салоном Вайпера первого поколения современ­ники считали этот интерьер даже неплохим.

Вы правы, цепляться к таким мелочам глупо и даже кощун­ственно, только вот в динамике Prowler тоже ощущается прототипом — ходовым макетом, который кое-как собрали и заставили ездить. Первым делом обращаешь внимание на жёсткость кузова, точнее, на полное её отсутствие. Прогрессивные алюмини­евые технологии здесь не несут никакой пользы: хрупкая «скорлупа» без крыши гуляет относи­тельно рамы, изгибается сама по себе, и даже на ровном асфальте весь этот Plymouth дрожит, ходит ходуном. Кажется, закрутить его винтом можно просто при помощи мускульной силы.

Вдобавок у Праулера безжалостно зажата подвеска: она не только выглядит как формульная, но и приспособ­лена для обычных дорог примерно так же — то есть никак. В сочетании с хлипким кузовом всё это приводит к уникальному эффекту: если захотите почув­ствовать себя холодцом, забытым на стиральной машинке в режиме отжима, просто прокатитесь километр-другой на этом родстере.

Однако шасси всё же настраивали: повороты Prowler умеет проезжать быстро, плоско и цепко. У него довольно живые реакции и острый руль, только какой в этом смысл? Гидро­усилитель настолько плох, что в нём растворя­ется абсолютно вся информация о дороге, а заодно и уверен­ность в происходящем — рулить приходится фактически наудачу, и понятно, что ни о каком динамичном вождении здесь просто не может быть речи.

Эка невидаль, скажете — харизматичная американская тачка с плохой управляемостью. Зато разгоняется и звучит, да?

Нет. Не-е-ет. Знаете, почему тот же Вайпер оказался столь успешен? Потому что, несмотря на кучу похожих грехов, он оснащался одним из самых безумных моторов своей эпохи. Вот и Праулеру наверняка всё простили бы за грохот, рёв и колос­сальную тягу большого V8, которым должен обладать всякий настоящий хот-род. Но здесь всего лишь V6. И это — приговор.

На самом деле 257 лошадиных сил, добытых из объёма в 3,5 литра, — это не так и мало. По паспорту Prowler набирает 97 км/ч за достойные 5,9 секунды, и стрелка спидометра действи­тельно довольно бодро бежит по циферблату. Но здесь нет ощущения всегда доступной лавины крутящего момента, как у больших моторов, а главное — происходит всё под тенор шести цилиндров вместо баса восьми.

Окончательно портит впечатление трансмиссия. Архаичный четырёх­ступенчатый «автомат» словно специально вобрал в себя все возможные недостатки: он медленный, тупой и страшно пинается на каждом пере­ключении. Сюда бы хоть самую простенькую «механику»… Но нет, создатели Праулера клиентам выбора не давали, а те отреаги­ровали единственно возможным образом: просто не стали его покупать. Зачем нужна неудобная машина, которая едет не только плохо, но и скучно? Вот именно. И внеш­ностью здесь уже не спасёшься.

Надо сказать, что в Крайслере глас народа услышали, и в 2001 году соорудили концепт Howler: с 4,7-литровым V8, механической трансмиссией, съёмным жёстким верхом и даже каким-никаким багажником. Но было уже поздно — за 3,5 года производ­ства покупателей нашли лишь 11 тысяч Праулеров, а сама марка Plymouth к тому моменту отправилась в авто­мобильную Вальгаллу.

Так почему же мы говорим, что этот провальный эксперимент изменил мир?

Всё очень просто: именно с Праулера началась мода на неоретро. Ещё в 1997 году Том Гейл представ­ляет концепт Plymouth Pronto — хэтчбек с праулеров­ским лицом. Из него при помощи другого талант­ливого дизайнера, Брайана Несбитта, получится серийный Chrysler PT Cruiser — который вообще-то задумы­вался именно как Плимут. Chevrolet сделает безумный родстер-пикап-масл-кар по имени SSR, Volkswagen переродит Beetle, BMW воскресит Mini, вернутся к истокам Mustang и Camaro, восстанет из пепла Challenger…

1/9
Концепт Plymouth Pronto дебютировал в том же году, когда Prowler пошёл в серию. И всем своим видом он давал понять, что немыслимый дизайн хот-рода можно адаптировать и к обычному автомобилю

Ударная волна от появления Праулера гуляет по сей день: только что дебютировал возрож­дённый Ford Bronco, где-то умиляются первые владельцы ретро­электро­кара Honda e, и даже Hyundai обращается к своему небогатому историческому наследию, работая над серийным хэтчбеком в стиле самой первой модели Pony.

Нельзя утверждать, что без Плимута автопром никогда не пришёл бы к ретро­мотивам. Наверняка бы пришёл. Но всё-таки мембрану, которая до начала девяностых разделяла прогресс и ностальгию, первой пробила именно эта острая стрела, пущенная Томом Гейлом. И помнить его имя так же важно, как и сам Plymouth Prowler. Хотя его, конечно, ещё попробуй забудь.


Любите неоретро?


Фотографии Вячеслава Крылова
Почитать ещё